Что происходит с теми, кого никуда не пускают

Александр Драгони
Море всегда было олицетворением свободы. Последними 70% поверхности Земли, где человек был наедине с собой и океаном, а не с законами, актами и социальными договорами.

Эта свобода, конечно, строилась и на том, что яхтсмен мог переходить из одной страны в другую. Значит, ему надо было соответствовать пограничным, таможенным, санитарным формальностям. В разных странах де-юре или де-факто для яхтсменов были послабления. Где-то береговая охрана закрывала глаза на заходящие в территориальные воды лодки, а где-то контроль не контроль, а уведомительное заполнение бланка. В целом, опыт десятков тысяч людей, ежегодно кочевавших между странами и континентами говорил про относительную простоту этих формальностей.

В марте все поменялось. Свобода оказалась мало кому нужна. Яхтсмены оказались в ситуации, когда они не могут покинуть те страны и порты, где их застало закрытие границ. А кто-то — просто зайти внутрь из открытого моря. В Индонезии местные жители и власти выгоняли яхтсменов даже из самых укромных якорных стоянок на малонаселенных островах. Яхтсмен-одиночка из Сингапура покинул границы Индонезии и пошел в Папуа-Новую Гвинею. Там оказалось все закрыто. Он — на Соломоновы острова. Они успели закрыть границы. То же — в Тувалу. После Тувалу он шесть суток шел до Фиджи. В плохую погоду повредил рулевое управление. Наверное, только это и обращение МИД Сингапура к властям Фиджи позволили яхтсмену получить помощь от береговой охраны и подойти к берегу.

Таких историй не так мало. По состоянию на начало мая в Египте, недалеко от Суэцкого канала стояла флотилия из пяти яхт. Экипажи интернациональные, в основном европейцы. Часть из них вышла из Таиланда, часть из Индии. Последней точкой, где они смогли даже не выйти на берег, а заправиться, была Джибути. Так что некоторые из них не выходили на берег больше двух месяцев. Их надежда: дойти до Крита. Это ближайший к Египту большой европейский остров, где гавани должны принять этих людей. Таких групп, прошедших или проходящих Красное море, несколько. Яхтсмены вынуждены покупать топливо по завышенным ценам, поскольку порты не пускают внутрь даже для пополнения запасов. Первые из лодок уже достигли Крита и ждут возможности выйти дальше. Но далеко не все европейские гавани открылись для транзита.

Известные ютуб-блогеры с лодки «Делос» уже почти три месяца стоят на отдаленном острове на Багамах в компании нескольких яхт. Восточное побережье США, их цель, закрыто для транзитных путешественников. На «Делосе» есть опреснитель и даже самогонный аппарат, так что ребята находятся почти на полном самообеспечении. Но это справедливо далеко не для всех blue-water круизеров. Кто-то из них не ставил себе цель быть самодостаточными больше, чем месяц-полтора. Именно столько на популярных маршрутах занимают самые длинные океанские переходы, после которых можно купить топливо, еду и воду.

Я пытаюсь представить себя на месте капитанов и экипажей этих яхт. Очень сложно оценить уровень стресса. Когда ты вдруг оказываешься фактически в районах боевых действий, где патрульный корабль может отогнать с безопасной якорной стоянки в штормовое море, когда в баке 150 литров дизеля, а до условно цивилизованной страны больше тысячи миль.

Невозможность получить запчасти — еще одна проблема для многих застрявших в море. Большинство сейчас так или иначе стоят в гаванях или на якорях. Но некоторые яхтсмены не могут починить двигатели, опреснители или другие важные для навигации или выживания механизмы, потому что нарушены логистические цепочки. А какие действия властей будут следующими — не известно. Во Французской Полинезии сейчас суммарно находится несколько сотен иностранных лодок. На некоторых островах встала проблема нехватки ресурсов. В такой ситуации местные недовольны присутствием яхт и пытаются надавить на чиновников, чтобы они встали на защиту в первую очередь интересов своих жителей.

Но и это не самое сложное. На Карибах скоро начнется сезон ураганов и циклонов. В обычных условиях яхтсмены спокойно уходили из опасных районов до ухудшения погоды. Во всяком случае, даже если от шторма не удавалось уйти, можно было найти защиту в гаванях. Но сейчас такой опции нет. Сотни и сотни лодок от Багам до Гренадин в нормальных условиях уже начали бы перемещаться за пределы так называемого пояса ураганов. Кто-то на северо-восток США, кто-то — на Гренаду или южнее, в Тринидад или Венесуэлу. Раньше достаточно было закрыть границу на одном острове и идти в нужную сторону. Сейчас, например, чтобы попасть на Гренаду, надо заполнить заявление на официальном сайте и дождаться разрешения. После его получения можно идти на Гренаду, но без захода куда бы то ни было по пути. Широкий прежде канал превратился в бутылочное горлышко. Надеюсь, что все яхтсмены успеют проскочить его. Многие страховые условия не предполагают нахождение яхты в зоне ураганов для гарантии выплат.

Флотилии понемногу покидают опасные места. В общении с властями, в распространении информации про ежедневно меняющиеся правила им помогают яхтенные сообщества, типа Noonsite или профильных пабликов в Фейсбуке, Океанский круизный клуб. Истории застрявших в море получают огласку благодаря новостным сайтам. По окончании всемирного карантина можно будет вспоминать эти события, делиться опытом. Как и со штормами, уверен, никто из яхтсменов не захочет повторения такого.

Очевидно одно — сейчас, готовясь к дальним походам, надо включать в план похода максимальную самодостаточность и вероятность того, что администрации портов или даже власти стран не будут вас пускать в случае, если за время пересечения океана границы опять закроют из-за новой реальной или воображаемой опасности.
Капитан и инструктор школы Сила ветра
ОНЛАЙН-ШКОЛА КАПИТАНОВ СИЛЫ ВЕТРА
Что происходит с теми, кого никуда не пускают
ИНСТРУКЦИЯ
ОНЛАЙН-ШКОЛА КАПИТАНОВ СИЛЫ ВЕТРА
Александр Драгони
Капитан и инструктор школы Силы ветра
Море всегда было олицетворением свободы. Последними 70% поверхности Земли, где человек был наедине с собой и океаном, а не с законами, актами и социальными договорами.
Эта свобода, конечно, строилась и на том, что яхтсмен мог переходить из одной страны в другую. Значит, ему надо было соответствовать пограничным, таможенным, санитарным формальностям. В разных странах де-юре или де-факто для яхтсменов были послабления. Где-то береговая охрана закрывала глаза на заходящие в территориальные воды лодки, а где-то контроль не контроль, а уведомительное заполнение бланка. В целом, опыт десятков тысяч людей, ежегодно кочевавших между странами и континентами говорил про относительную простоту этих формальностей.
В марте все поменялось. Свобода оказалась мало кому нужна. Яхтсмены оказались в ситуации, когда они не могут покинуть те страны и порты, где их застало закрытие границ. А кто-то — просто зайти внутрь из открытого моря. В Индонезии местные жители и власти выгоняли яхтсменов даже из самых укромных якорных стоянок на малонаселенных островах. Яхтсмен-одиночка из Сингапура покинул границы Индонезии и пошел в Папуа-Новую Гвинею. Там оказалось все закрыто. Он — на Соломоновы острова. Они успели закрыть границы. То же — в Тувалу. После Тувалу он шесть суток шел до Фиджи. В плохую погоду повредил рулевое управление. Наверное, только это и обращение МИД Сингапура к властям Фиджи позволили яхтсмену получить помощь от береговой охраны и подойти к берегу.
Таких историй не так мало. По состоянию на начало мая в Египте, недалеко от Суэцкого канала стояла флотилия из пяти яхт. Экипажи интернациональные, в основном европейцы. Часть из них вышла из Таиланда, часть из Индии. Последней точкой, где они смогли даже не выйти на берег, а заправиться, была Джибути. Так что некоторые из них не выходили на берег больше двух месяцев. Их надежда: дойти до Крита. Это ближайший к Египту большой европейский остров, где гавани должны принять этих людей. Таких групп, прошедших или проходящих Красное море, несколько. Яхтсмены вынуждены покупать топливо по завышенным ценам, поскольку порты не пускают внутрь даже для пополнения запасов. Первые из лодок уже достигли Крита и ждут возможности выйти дальше. Но далеко не все европейские гавани открылись для транзита.
Известные ютуб-блогеры с лодки «Делос» уже почти три месяца стоят на отдаленном острове на Багамах в компании нескольких яхт. Восточное побережье США, их цель, закрыто для транзитных путешественников. На «Делосе» есть опреснитель и даже самогонный аппарат, так что ребята находятся почти на полном самообеспечении. Но это справедливо далеко не для всех blue-water круизеров. Кто-то из них не ставил себе цель быть самодостаточными больше, чем месяц-полтора. Именно столько на популярных маршрутах занимают самые длинные океанские переходы, после которых можно купить топливо, еду и воду.
Я пытаюсь представить себя на месте капитанов и экипажей этих яхт. Очень сложно оценить уровень стресса. Когда ты вдруг оказываешься фактически в районах боевых действий, где патрульный корабль может отогнать с безопасной якорной стоянки в штормовое море, когда в баке 150 литров дизеля, а до условно цивилизованной страны больше тысячи миль.
Невозможность получить запчасти — еще одна проблема для многих застрявших в море. Большинство сейчас так или иначе стоят в гаванях или на якорях. Но некоторые яхтсмены не могут починить двигатели, опреснители или другие важные для навигации или выживания механизмы, потому что нарушены логистические цепочки. А какие действия властей будут следующими — не известно. Во Французской Полинезии сейчас суммарно находится несколько сотен иностранных лодок. На некоторых островах встала проблема нехватки ресурсов. В такой ситуации местные недовольны присутствием яхт и пытаются надавить на чиновников, чтобы они встали на защиту в первую очередь интересов своих жителей.
Но и это не самое сложное. На Карибах скоро начнется сезон ураганов и циклонов. В обычных условиях яхтсмены спокойно уходили из опасных районов до ухудшения погоды. Во всяком случае, даже если от шторма не удавалось уйти, можно было найти защиту в гаванях. Но сейчас такой опции нет. Сотни и сотни лодок от Багам до Гренадин в нормальных условиях уже начали бы перемещаться за пределы так называемого пояса ураганов. Кто-то на северо-восток США, кто-то — на Гренаду или южнее, в Тринидад или Венесуэлу. Раньше достаточно было закрыть границу на одном острове и идти в нужную сторону. Сейчас, например, чтобы попасть на Гренаду, надо заполнить заявление на официальном сайте и дождаться разрешения. После его получения можно идти на Гренаду, но без захода куда бы то ни было по пути. Широкий прежде канал превратился в бутылочное горлышко. Надеюсь, что все яхтсмены успеют проскочить его. Многие страховые условия не предполагают нахождение яхты в зоне ураганов для гарантии выплат.
Флотилии понемногу покидают опасные места. В общении с властями, в распространении информации про ежедневно меняющиеся правила им помогают яхтенные сообщества, типа Noonsite или профильных пабликов в Фейсбуке, Океанский круизный клуб. Истории застрявших в море получают огласку благодаря новостным сайтам. По окончании всемирного карантина можно будет вспоминать эти события, делиться опытом. Как и со штормами, уверен, никто из яхтсменов не захочет повторения такого.
Очевидно одно — сейчас, готовясь к дальним походам, надо включать в план похода максимальную самодостаточность и вероятность того, что администрации портов или даже власти стран не будут вас пускать в случае, если за время пересечения океана границы опять закроют из-за новой реальной или воображаемой опасности.
Текст: Александр Драгони
Фото: Наталья Бутова
Текст: Александр Драгони
Фото: Наталья Бутова
Если вам понравился материал, подпишитесь на нашу рассылку. Мы будем иногда присылать вам подборки самых интересных текстов, наших новых курсов и будущих путешествий